Яна Мансурова — Лошадь

Яна Мансурова — Лошадь

     Я слишком запуталась, я бегу по кругу. Всё быстрей и быстрей… И выхода не вижу. Всё слилось перед глазами, одна сплошная смазанная масса. Кто-то кричит, бьёт меня хлыстом, рвёт удилами губы… Но я не могу остановиться. Всё бешеней мой сумасшедший галоп. Сердце – наизнанку. Сейчас, вот сейчас я порву этот круг, я вылечу прямо в зал, на хохочущие пьяные толпы.

     Удар хлыста по ноге… Ещё, ещё… От дикой боли падаю на бегу, лицом вспахиваю грунт арены… Темнота и хохот. Задыхаюсь. Снова чей-то резкий злой окрик, щелчок хлыста, короткий и предательский, как выстрел в спину. Во мне не осталось ни капли гордости. Только боль и страх перед новым ударом.

     Спотыкаясь на израненных ногах, встаю, плетусь обратно в свою сырую ржавую клетку. Хохот и свист пьяной толпы затих за багровым тяжёлым занавесом. Большой замок на решётке привычно лязгнул в жестоких руках человека.

     В углу ведро с кислой водой и куча грязного сена. Теперь отдохну. Спокойно поем, лягу спать. Боль утихнет. Только завтра всё опять повторится. Изо дня в день (уже не помню, сколько лет) я выбегаю на эту арену. И всё так же мчусь по кругу. Ведь я – цирковая лошадь.

     И никому даже в голову не придёт поблагодарить меня или пожалеть. Зачем? Ведь это моя работа, я должна её выполнять. Но если бы хоть кто-нибудь разъяснил мне: почему и кому я должна?

     Я родилась в деревне в конце лета, когда созревали яблоки. В незапертой светлой конюшне. Моя мать жила у двоих очень хороших нестарых людей с пепельными волосами и добрыми глазами. Дедушка всё время возился во дворе, выпиливал, вырезал что-то из дерева или сидел на лавочке около дома летними вечерами, о чём-нибудь думая. Бабушка иногда забирала нас с мамой, и мы вместе шли в лес за травами, грибами и ягодами. Мама несла на своей спине две больших корзинки. Бабушка складывала в них всё, что собирала.

     Она была самая добрая на свете. Всегда улыбалась. Мы любили бабушку. И она в нас тоже души не чаяла. Утром, когда выходила из дома, бабуля ласково трепала мою холку, а маму гладила по голове.

     Однажды я играла в поле и далеко убежала от мамы. На меня в этот миг вылетела откуда-то огромная собака. А я сама была ещё маленьким жеребёнком. Так бабуля, вооружившись палкой, приняв воинственный вид, прогнала её обратно в подворотню. Вот такая была бабушка.

     Только дети её почему-то были злые. Они редко приезжали к нам, жили в городе. Никто из них ни разу не подошёл к моей маме или ко мне. Я думаю, они нас боялись.

     Но всё равно я была счастливым жеребёнком. Только это продлилось недолго.

     Как-то утром бабушка не вышла к нам с мамой. Вместо неё показался печальный дедушка. Дрожащими руками он надел на маму седло и уздечку, вывел её из конюшни, а меня привязал к кормушке. Первый раз в жизни я оказалась запертой и одна…

     Ни маму, ни дедушку с бабушкой с тех пор не видела. Вечером приехали какие-то чужие люди на огромной страшной машине. Меня грубо втащили в её громыхающий тёмный кузов и увезли из детства…

     Так я появилась здесь, в цирке. Кто-то из здешних лошадей объяснил мне, что бабушка скорее всего умерла, а дедушка продал меня и маму потому, что ему одному с нами не справиться.

     Так кончилось моё счастье. Дни поползли медленно, похожие один на другой, как близнецы. Скоро, наверно, на одном из представлений кончится этот замкнутый круг. Порвётся кольцо арены и превратится в дорогу. По ней я вернусь в детство и вновь увижу бабушку, дедушку и маму. Я вновь стану беззаботным жеребёнком. Только уже навсегда…

     А завтра я опять выйду туда, к этой хохочущей пьяной толпе. Снова буду бежать по кругу, задыхаясь и падая.

     Но, умоляю, скажите мне, кто-нибудь: почему моя жизнь – это вечная скачка по кругу? За что и кому я должна?.

26 марта 2005 года

Яна Мансурова - Лошадь

print
благодарим за посещение сайта, мир и любовь
Copy Protected by Chetan's WP-Copyprotect.